Апр 26
      Еще одно место из книги Б. Рахимзянова:
      "Несмотря на то что фактически Менгли-Гирей никогда не воспользовался московским политическим приютом, предложение великого князя все время его правления оставалось в силе. После смерти Ивана его сын и преемник Василий III повторил его предложение. Документация, исходящая по этому вопросу от Василия III, намного более детальна в отношении условий этого приюта, нежели процитированное выше письмо; однако, по всей вероятности, это всего лишь повторение условий, заключенных ранее между Иваном III и Менгли-Гиреем. Среди прочего интересен один момент — хан и его окружение вольны в своем праве покидать Московию и прибывать обратно: «добровольно приедешь, добровольно куды хочешь пойти, пойдешь; а нам тобя не держати». Как известно, данным правом свободного отъезда и приезда обладала и высшая властная прослойка Касимова. На данном этапе своего сотрудничества с татарскими государствами Москва попросту не могла удерживать у себя этих персон против их воли — в силу своего все еще подчиненного положения в позднезолотоордынском мире...".
      Положим, что постордынском мире много чего могли думать о своем статусе и о статусе московитов и ихнего правителя, однако есть мрii и есть суровая реальность. И, если честно, мне не совсем понятно, почему этот пассаж относительно вольности отъезда хана (или кого бы то ни было из понаехавших татаринов) из великокняжеской грамоты нужно расценивать именно как метку о приниженном статусе Москвы по отношению к Чингизидам. Ведь на ситуацию можно и с другой стороны посмотреть - к примеру, в межкняжеских докончаньях стандартной оборотом формуляра грамоты было выражение "А бояром и детем боярьскым межи нас волным воля...". Это как тогда выходит - князья поднимали своих бояр и детей боярских до уровня Чингизидов, гарантируя им право свободного отъезда к иному сюзерену? Или же великие князья уравнивали Чингизидов со своими служилыми людьми? В любом случае, как мне представляется, в том, что татарский аристократ, приехавший на службу великому князю, имел право отъехать, нет ничего необычного - он, как я русские бояре и дети боярские, вольные люди, не твари дрожащие, право имеют, а потому могут выбирать себе сюзерена и место службы.
      P.S. Рассуждая подобным образом, можно сказать, что, к примеру, по отношению к Константину Острожскому Василий III занимал подчиненное положение, равно как и к Остафию Дашкевичу - великий князь не смог удержать их при себе противу их воли. А Иван IV был подручником князя Вишневецкого, которого Tyrann не сумел удержать при себе, когда князь наладил лыжи, решив выбрать свободу вместо несвободы...



http://thor-2006.livejournal.com/481994.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

Апр 25
      Еще одно место из книги Б. Рахимзянова:
      "Несмотря на то что фактически Менгли-Гирей никогда не воспользовался московским политическим приютом, предложение великого князя все время его правления оставалось в силе. После смерти Ивана его сын и преемник Василий III повторил его предложение. Документация, исходящая по этому вопросу от Василия III, намного более детальна в отношении условий этого приюта, нежели процитированное выше письмо; однако, по всей вероятности, это всего лишь повторение условий, заключенных ранее между Ива¬ном III и Менгли-Гиреем. Среди прочего интересен один момент — хан и его окружение вольны в своем праве покидать Московию и прибывать обратно: «добровольно приедешь, добровольно куды хочешь пойти, пойдешь; а нам тобя не держати». Как известно, данным правом свободного отъезда и приезда обладала и высшая властная прослойка Касимова. На данном этапе своего сотрудничества с татарскими государствами Москва попросту не могла удерживать у себя этих персон против их воли — в силу своего все еще подчиненного положения в позднезолотоордынском мире...".
      Положим, что постордынском мире много чего могли думать о своем статусе и о статусе московитов и ихнего правителя, однако есть мрii и есть суровая реальность. И, если честно, мне не совсем понятно, почему этот пассаж относительно вольности отъезда хана (или кого бы то ни было из понаехавших татаринов) из великокняжеской грамоты нужно расценивать именно как метку о приниженном статусе Москвы по отношению к Чингизидам. Ведь на ситуацию можно и с другой стороны посмотреть - к примеру, в межкняжеских докончаньях стандартной оборотом формуляра грамоты было выражение "А бояром и детем боярьскым межи нас волным воля...". Это как тогда выходит - князья поднимали своих бояр и детей боярских до уровня Чингизидов, гарантируя им право свободного отъезда к иному сюзерену? Или же великие князья уравнивали Чингизидов со своими служилыми людьми? В любом случае, как мне представляется, в том, что татарский аристократ, приехавший на службу великому князю, имел право отъехать, нет ничего необычного - он, как я русские бояре и дети боярские, вольные люди, не твари дрожащие, право имеют, а потому могут выбирать себе сюзерена и место службы.



http://thor-2006.livejournal.com/481546.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...