Июн 14

Автор: Марина Резник

«Самое большое достоинство мемуаров – это то, когда автор даёт правдивый образ человека,
 а не одни правдивые факты»

Рюрик Ивнев

Книга «Серебряный век: невыдуманные истории» – это мемуары известного поэта и прозаика Рюрика Ивнева.


Рюрик Ивнев

Рюрик Ивнев (настоящее имя - Михаил Александрович Ковалёв) родился 11 (23) февраля 1891 в Тифлисе в дворянской семье. Отец поэта - офицер русской армии, юрист по образованию, служил помощником прокурора Кавказского Военно-Окружного суда. Мать тоже происходила из военной среды: её отец - полковник Принц, предки которого являлись выходцами из Голландии, приехавшими в Россию ещё во времена Петра и верно служившими русской короне.

Когда Мише Ковалёву исполнилось три года, умер его отец. На руках матери, женщины редкого ума, красоты, твёрдого характера оказалось двое маленьких сыновей. Чтобы дать им образование, она вынуждена была искать заработок и вскоре ей удалось получить место начальницы женской гимназии в городе Карсе.

Согласно семейной традиции, решено было готовить сына к военной карьере - с 1900 по 1908 г. Михаил Ковалев учился в Тифлисском военном корпусе. Годы пребывания в кадетском корпусе были важным этапом в духовном развитии будущего поэта. В это время он знакомится с творчеством Пушкина, Лермонтова, А. К.

Под влиянием событий революции 1905 г. юноша решает не продолжать военное образование, а поступает в Петербургский университет на юридический факультет. В коллективном студенческом сборнике 1909 появляется его первое опубликованное произведение «В наши дни», проникнутое нотами разочарования после подавления революции 1905.

В январе 1912 на страницах большевистской газеты «Звезда» появляются его стихи, обличающие мораль «сытых»: «Веселитесь! Звените бокалом вина!». Через год, в 1913, выходит в свет первая книга сборника «Самосожжение», подписанная псевдонимом «Рюрик Ивнев».
«Это был Петербург 1913 года. Тишина перед грозой. Концерты Собинова перекатываются волной по городу. Музыка Скрябина еще не на столбовой дороге классики, но уже начинает привлекать пристальное внимание тонких ценителей. Великий Шаляпин пока только молодой грузчик. Только входит в моду Вагнер, а Всеволод Мейерхольд приоткрывает дверцы своего блестящего таланта».

Февральскую и Октябрьскую революцию Рюрик Ивнев встретил восторженно. То время навсегда запомнилось Ивневу как очень насыщенное – в стране происходили исторические перемены, и поэты – сердце России, отзывались на происходящее своими стихами. Рюрик Ивнев часто встречался с Анной Ахматовой, Осипом Мандельштамом, Георгием Ивановым, Георгием Адамовичем. В знаменитом литературном кабачке «Бродячая собака» выступали Владимир Маяковский, Михаил Кузмин, Владимир Нарбут и многие другие. Как считает Ивнев, можно любить стихи совершенно разных поэтов. И сравнивать их нельзя, ибо каждый поэт – отдельная, особая планета и потому несравнимая.

Самое большое количество страниц в книге «Серебряный век: невыдуманные истории»  посвящено Сергею Есенину, с которым Рюрик Ивнев очень дружил. Есенин описан живым, ироничным человеком, первая же встреча с которым поразила Ивнева, самого пишущего стихи:
«Мы отошли в сторонку. И – Боже мой! – на меня повеяло от прочитанного свежим воздухом земли! Всматриваюсь в подошедшего ко мне юношу: он тонкий, хрупкий, весь светящийся и как бы пронизанный голубизной. Мне захотелось определить, понимает ли он, каким огромным талантом обладает. Вид он имел скромный, тихий. Казалось, что он еще сам не оценил самого себя. Но это только казалось, пока вы не видели его глаз. Стоило вам встретиться взглядом с его глазами, как «тайна» его обнаруживалась, выдавая себя: в глазах его прыгали искорки». 

Ивнев и Есенин сотрудничали тогда в газете «Советская страна», они часто встречались и стали близкими друзьями. А вскоре Есенин и Мариенгоф открыли «книжный магазин имажинистов» на Большой Никитской улице. Часто оба поэта и сами стояли за прилавком. Все магазины в ту пору были государственными и Москва сделала исключение только для двух писательских магазинов, в которых шла частная торговля. Государственное издательство еще не успело наладить массовое издание художественной литературы, а издательство имажинистов выпускало одну книгу за другой.

Как было принято у друзей, поэты читали друг другу свои стихи. Ивнев отмечает, что любовь к поэзии у Есенина была врожденной, он необычайно тонко чувствовал, когда стихотворение настоящее, идущее из глубины души, и когда оно «искусственное», надуманное. Особое очарование исходило от Есенина, когда он читал свои стихи публике:
«Стоило слушателям услышать его проникновенный голос, увидеть неистово пляшущие в такт стихам руки и глаза, устремленные вдаль, ничего не видящие, ничего не замечающие, как становилось понятно, что в чтении у него нет соперника».

Конечно, Есенин был большой озорник. Он любил всякие затеи и выдумки. Ему нравилось, когда какой-нибудь его поступок вызывал удивление. Например, хождение в цилиндре и лаковых ботинках по заснеженным улицам Москвы двадцать первого года, когда все ходили в ушанках и валенках. И что уж говорить про нашумевшие проказы с росписью стен Страстного монастыря цитатами из своих стихов.


Велимир Хлебников

Неизгладимое впечатление произвел на Рюрика Ивнева замечательный поэт Велимир Хлебников. Он казался человеком мудрым, отстраненным, постигшим все тайны мироздания:
«Он был необыкновенным. Это бросалось в глаза с первого взгляда. Спокойствие, внутренняя сосредоточенность. Весь внутри себя – огромный внутренний мир, кипящий и клокочущий, но скрытый для подавляющего большинства людей, понятный немногим. А внешне – высоковатый, чуть сутулый, застенчивый».
Хлебников смотрел на весь мир грустными, все понимающими глазами. У него была своя теория, которую он изложил в брошюре «Время – мера мира». Эта теория чисел была своего рода пророчеством, предсказанием будущих событий при помощи языка цифр.


Николай Клюев

Поэт, практически позабытый сегодня – Николай Клюев. Клюева Ивнев считал одним из самых самобытных поэтов. Его стихи глубоко западали в душу. Он прекрасно их декламировал и сам – олонецкие былины в его исполнении производили неизгладимое впечатление на слушателей. Клюев был подлинно народным поэтом:

«В годы революции он не верещит о радостях рабочих, когда эти рабочие еще голодны, не заверяет мир в том, что настал великий и радостный день освобождения, он знает, что это освобождение придет, но придет не в пестрых, шутовских ура-патриотических навыворот одеждах, а придет через очищающий огонь физических и духовных страданий, противоречий, ошибок и, может быть, даже преступлений».

В эту пору Клюев написал изумительную поэму «Погорельщина», в которой описывается голод. Поэма производила неизгладимое впечатление на всех, кто ее слышал. Все тончайшие оттенки мучительного страдания от голода переданы были виртуозно. Это было высокое и горестное искусство.


Анатолий Мариенгоф

Самым сложным и противоречивым характером из всех приятелей Рюрика Ивнева отличался, без преувеличения, Анатолий Мариенгоф. В 1918 году Мариенгоф работал во ВЦИКе. Там они и познакомились. Характер Мариенгофа, его стремление все переворачивать с ног на голову, шутливая и язвительная натура нравились не всем, но поэты подружились. Ивнев понял особенности характера Мариенгофа и не обращал внимания на его нелепые выдумки, как, например, эпизод из «Романа без вранья», в котором один человек, приехавший из Африки, рассказывает о каком-то племени, где мужчина в случае измены жены съедал ее. На что Рюрик якобы воскликнул: «Как это мило!».

«Роман без вранья» был принят в штыки и считался одиозным. Русская публика не привыкла к такого рода шаржам. Большинство литературоведов недооценили таланта Мариенгофа. А ведь он сочинял романы, а во время Отечественной войны – острейшую сатиру, которая была сильным оружием в борьбе с фашизмом.


Анатолий Луначарский

Множество теплых слов оставил Ивнев об Анатолии Васильевиче Луначарском. С Луначарским Ивнев познакомился в 1918 году в цирке «Модерн». Там выступали крупные деятели Октября. А. В. Луначарский был прирожденным оратором-пропагандистом, так ясно и просто излагал политику партии, что она становилась не только понятна, но и близка и дорога сердцу слушателей. Сочувствие к большевикам сблизило Луначарского и Ивнева, скоро они стали работать вместе. Луначарский хорошо понимал поэзию. Ивнев показал Луначарскому поэму Блока «Двенадцать». Анатолий Васильевич сказал:
« - Так написать мог только большой поэт. Это не гимн революции, но ее глубокое и искреннее понимание. Рождено оно долгим раздумьем. Этой поэме суждено бессмертие».


Сергей Судейкин

Художник Сергей Судейкин прославился тем, что расписал стены популярного литературного кабачка «Бродячая собака». Здесь Ивнев и Судейкин часто встречались и беседовали, а как-то одним вечером, через несколько месяцев после начала войны с Германией, Судейкин сказал Ивневу незабываемые слова о Петербурге. Это было настоящее признание в любви к прекрасному городу:

«… После большой паузы он начал говорить тихо, словно боясь своего собственного голоса: «Петербург слишком фантастичен. Такая фантастика бывает лишь в снах. А сны не бывают бесконечными, кроме одного, вечного. Обычные сны сменяются явью. У меня такое ощущение не только сейчас, в этом полуреальном тумане, но даже при ярком солнце, когда Нева становится голубой, как море, а Петербург уплывает из-под наших ног и тает, словно восковая свеча. Он слишком красив, этот город. А всякая красота недолговечна. Город должен быть городом. Он не может быть сном. А Петербург – это сон, который снится всем одновременно».

К сожалению, Судейкин уехал за границу. Но он, как и Ф. Шаляпин, никогда не выступал против советской России и, вероятно, продолжал любить страну, в которой обрел свое имя знаменитого художника.

Читателям этой книги будет интересно узнать, почему писатель Викентий Вересаев прятал свой воинский орден; вместе с Р. Ивневым попытаться раскрыть тайну жизни Василия Есенина – сына самого Сергея Есенина. В книге также содержатся воспоминания об Алексее Крученых, Владимире Маяковском, Александре Вертинском, Борисе Пастернаке, Леониде Соболеве, Михаиле Кузмине, Всеволоде Мейерхольде, Осипе Мандельштаме и о многих других известных и позабытых сегодня поэтах и писателях.

Воспоминания Рюрика Ивнева – живые, яркие, красочные. Благодаря таким мемуарам можно заново пережить то далекое время – Серебряный век. Как пишет сам Р. Ивнев:

«Время диктует многое, что современные литературоведы считают или случайным, или вытекающим из тех или иных внешних причин. Вот где кроется корень неполного понимания литературных явлений двадцатых годов. И потому часто получается, что читатели принуждены знакомиться с той эпохой по «кривому зеркалу». Для того чтобы по-настоящему понять, что происходило тогда в литературном мире, надо быть живым свидетелем происходивших событий, и не только литературных, но и исторических, или же тщательнее и скрупулезнее изучать архивы того времени».

Приятного чтения!

Резник Марина Васильевна,
главный библиотекарь отдела городского абонемента

https://kraevushka.livejournal.com/687311.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

leave a reply