Ноя 8

Условия - надо вспомнить пять книг с названием на заданную букву и рассказать про них. Мегана подарила букву "Д", тут я поняла, что Альцгеймер не за горами, а склероз уже вот. Потому что с большим скрипом вспомнила только "Декамерон" (надо бы его перечитать, ибо в 10 лет половина смысла мимо прошла), а потом "Дело незалежных дервишей", кое вообще не читала, Ван Зайчик у меня не пошел никак. Дальше считерила и открыла оглавление в первой попавшейся пиратской библиотеке. Сразу стало веселее, и в пять пунктов не уложусь))

Детские годы Багрова-внука - читала в детстве, на каникулах у бабушки с дедушкой. Книжный шкаПчик там был совсем маленький, та ветвь семьи книгами не увлекалась, и я читала с горя все подряд. Книжку помню как очень мрачную, про несчастного мальчика, истерически привязанного к маме, и как его бедного пытались отдать учиться в гимназию, а у него нервный срыв на нервном срыве, а в гимназии шпыняют, и мама тоже в истерике, и вот такая дребедень...

Джен Эйр - сюжет, полагаю, все знают. Читала уже после сериала, во втором классе, книжка ходила по рукам и выдавалась по очереди)) сериал запомнился лучше. Когда перечитывала во взрослом возрасте, было уже занудно и уныло, всем героям хотелось раздать диагнозы и направления к психотерапевтам, Джен все равно восхищает своей выдержкой, упертостью и внутренней силой.

Дживз - все книги серии про Дживза и Вустера, это моя любовь-любовь по сию пору. Тоже сначала был сериал, а потом мы охотились на Крупе за первым четырехтомником. "Коль мысли черные к тебе придут..." - Дживз всегда рядом. Идеальный коктейль из английского юмора, авантюры, комедии положений и фейспалма, все как я люблю))

Джип в телевизоре
- привет толстому тому Джанни Родари, кстати, тоже надо перечитать, сюжет смутно помню. Мальчик попал в телевизор, то есть превратился в что-то вроде телеканала самого себя, и в финале его всем миром оттуда вынимали. Мир-дружба-жевачка и задорное шумное итальянское семейство. Обожаю его сказки и повести, кроме сильно идеологического "Чипполлино", как ни странно.

Джура, охотник из Мин-Архара - суровая повесть про приход Советской власти в отдаленные кишлаки (аулы? не помню) Киргизии. Герой из юного глупого охотника проходит целую Одиссею по Средней Азии и в конце концов Красная Армия победила и все стало хорошо. Читать было очень увлекательно, в соответствующем возрасте. Сюжет почти не помню, зато одну фразу оттуда цитирую до сих пор: "Люби свою веру, но не осуждай другие". В книге это была плохая фраза, пароль для приверженцев мусульманской типо-секты с отголосками ассасинства. Завербованным давали задания - разумеется, против Советской власти, Джура туда тоже влип, но товарищи помогли осознать и соскочить. А если без контекста - то хорошо звучит.

Дневник Бриджит Джонс - уруру, вот тут я не помню, что было раньше: фильм или книга. Книга сильно отличается и нравилась мне больше, там героиня не такая дурында, как в кино. Хотя сейчас перечитывать или пересматривать не тянет, из расплодившегося после "ДБД" жанра мне гораздо больше зашла "Люси без умолку" Фионы Уолкер. Тот же стиль, те же проблемы, но гораздо смешнее, и реалистичнее. И там тоже есть безумное семейство , отжигающее покруче итальянского.

Дни Турбиных - кроме "Мастера и Маргариты" остальное творчество Булгакова прошло как-то мимо сознания. Да, читала все "по программе", из "Дней Турбиных" помню кремовые шторы и печку с изразцами как символы мирной жизни и оазиса покоя, ну и финал часто вспоминаю - там, где про меч в руке Владимира, и про полную бессмыслицу идеологических братоубийственных войн. Перечитывать не хочу, тяжело.
Дочь железного дракона - о, это из недавно прочитанного и в процессе захватившего полностью. Так отчет и не написала за зиму, блин. Книжка странная, стимпанк-фэнтези, тут и драконы-роботы, дети-рабы, маги-эльфы, с наркотиками и алкоголем, мрачное, жуткое, сложное, сплошное психологическое насилие и тяжелые моральные выборы. Для меня оказалась в первую очередь терапевтической - прочитала как метафорический путь взросления женщины со списком глубоких родовых травм. Хотя по сюжету там совсем иное. Не покидало ощущение условности всего происходящего, словно это один длинный запутанный сон девушки... Из того, что зацепило - завидовала категорически здоровой психике героини, в реальности так не бывает, хотя жаль. То есть с человеком происходит череда пиздецов разной степени ужаса, она отряхивается, выгребает, и живет дальше. Никаких постравматических синдромов или возвращения в прошлое, только опыт.

Два капитана - ммм, никогда не любила ни фильм, ни книгу, интересно, но не более. То есть я понимаю, что это шедевр и классика, просто не зацепило.

Двадцать лет спустя - эх, первое детское столкновение с тем, что люди меняются, судьбы расходятся, и "жили они дружно и счастливо" бывает только в сказках. Читала лет в 10, было очень трудно принять, что мушкетеры разосрались по политическим мотивам, короля Карла было искренне жаль (про его роль в истории и причины Английской революции узнала много позднее), неженка Рауль в амплуа наследника Атоса дико раздражал, кто такая Лавальер я вообще еще не знала, в хитросплетениях Фронды не разбиралась, разве что Бофору симпатизировала.

Дело «Пестрых», Аркадий Адамов. Такой классический советский послевоенный детектив, чем-то очень напоминающий "Место встречи". Тоже работники МУРа бывшие фронтовики, раскрывают путаное дело банды воров, и сюда же добавлено немного начинающейся "холодной войны", поскольку кроме воров приходится попутно заниматься и шпионом, бывшим военнопленным-перебежчиком к немцам, после войны он оказался завербован и ... "Судьбу резидента" еще не написали, ага. С теми же героями есть продолжение - "Со многими неизвестными" и "Черная моль". Классические 50-е годы, с моралью, нравственностью, "если кто-то кое где у нас порой", принципиальные муровцы, плохие и нехорошие преступники, читать одно наслаждение.

День рождения инфанты - мой любимый букинистический томик Уайльда, 1899 года. С ятями, ерами и предисловием Чуковского. Карлика очень жаль 🙁

Дети Арбата - вспоминаю сейчас часто. Будь моя воля - включила бы в обязательное чтение в школах. Читала еще в журнальном первоиздании, в "Звезде". Самое страшное - изнутри показаны процессы, как менялись люди в 30-е гг. Ну, а кто был изначально подлецом, приспособленцем и уродом, смог сделать отличную карьеру. Я про Шарока. У Рыбакова есть страшное описание, как Шарок бил людей на допросах, а потом писал протоколы с обиженным видом - ох, утомили, сволочи-вредители, устал на работе.

Дамы и Господа - одна из немногих попыток открыть Пратчетта. Помню, что там были атипичные эльфы - жестокие и злые, при этом не жестокие и не злые, просто у них нечеловеческие представления о смешном и забавном. Много думал, да.

Букву кому?

https://kvesta.livejournal.com/2824725.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

leave a reply