Ноя 1

"Вот я кончил, а ты как знаешь, читатель! Хочешь - смейся, хочешь плачь, прочитавши мою историю. И для одного, и для другого содержится в ней причина. Когда бы раскрыл ты глаза и, оглядевшись вокруг себя, упражнял на виденном свой разум, ты бы знал, что часто один и тот же предмет служит одному для смеха, иному же для печали...
... Кто был между ними прав? Смеющиеся или плачущие? И те и другие. Оттого что одни видели глазами, и глазу в самом деле было смешно, другие - и глазом и разумом. Разум же... разум рассмешишь не вдруг! Можно, стало быть, от одного и того же и смеяться и плакать. Это и от того зависит, какого ты складу: когда таков в тебе разум, что, как бы ни тяжела была истина, встречаешь её напрямик, и таково сердце, что сострадает несчастным и сбившимся с пути, тогда смешное чаще должно исторгать из тебя слёзы, когда же нет, то, пожалуй, и смейся. Смейся и вместе сердись на сочинителя повести, сердись и придумывай про него сплетни - ты ведь мастер на выдумки, - что будто бы он предаёт грузина, оттого что рассказывает про него смешное, а не утаивает его, как иные "патриоты". Знаю, что, к нашей беде, между нами, читатель, не часто отыщется человек, какой соразмерял бы разум свой с правдивым и горьким словом. Знаю, а всё в лицо тебе - как друг - говорю, что Луарсаб с Дареджан взросли в твоём лоне и вскормились твоим млеком. Это так, и хочешь сердись на меня, хочешь задумайся. Когда посмеёшься над ними - всё равно как над собой посмеялся, когда оплачешь их - добрый знак: видно, печалишься оттого, что мы таковы, видно, пробились в тебе крылья желания сделаться лучше. Дай нам бог, чтобы это было так!
Если я и люблю тебя, мой читатель, то оттого только, что льщусь надеждою - не сегодня, так завтра пробудится в тебе это желанье. Не разрушай же надежды! Не думай, что повестью этой сочинитель хотел рассердить тебя. Он хотел показать тебе, сколько мог лучше, где в тебе зло, чтобы ты знал, как это зло исправить. Покуда не поглядишься в зеркало или другой тебе не покажет - не узнаешь, что в лице твоём дурно. Так пусть повесть моя станет зеркалом, я же - когда согласишься - изрекающим истину. Приглядись, может быть, тебе и откроется многое. Знай и то, что один только враг утаит, увидевши на тебе, признак дурного. Друг тотчас поднесёт тебе зеркало. Вот и я обращаюсь с тобою, как друг, - я поднёс тебе зеркало. Та неужто ты станешь глумиться надо мною за это? Что ж, что зеркало оказалось надтреснутым и кое-где даже в пятнах? Я поднёс тебе то, чем располагал, и помог тебе как умел. Когда все ещё не можешь не сердиться, воля твоя! Мне гнев твой не страшен. Лишь тогда я восскорблю духом, когда узнаю, что и в тебе я обманулся, что и ты оказался не тем, на кого уповаю. И тогда мне останется, скорбно сложивши на груди свои руки, сказать лишь: и пропел зОрю, а рассвет или нет, - знает бог. А ведь когда б не твой гнев, мы бы и сами знали, пора ль наступать рассвету!"
Человек ли он?! Илья Чвчавадзе

https://thaleia-natalie.livejournal.com/155266.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

leave a reply