Авг 18


В комментариях к заметке "Экстравагантный способ бегства" была высказана такая мысль, что классика скучна для читателя. В нашем ускоряющемся темпе жизни с огромными потоками обрабатываемой информации - классика не нашла себе места ни в нише развлечения, ни в нише быстрой практической отдачи. А если читать ее глазами "наискосок", то сюжет, например, "Фауста" отожмется до совместных гуляний искушаемого  чертом героя; "Братьев Карамазовых" можно описать восемью словами: сын убил отца,но оказалось, что не Дмитрий; а "Крыжовник" Чехова останется скучной историей о брате-садоводе.

- О чем твои стихи? - Не знаю, брат.
Ты их прочти, коли придет охота.
Стихи живые сами говорят,
И не о чем-то говорят, а что-то.
С. Маршак.

Если не брать в расчет детство, то я и сам, до последнего времени, не притрагивался к Чехову и Достоевскому. Пока не понял, что глубокий смысл в классике есть, но до него нужно хотеть и уметь докопаться.

В одной из передач "Смысла Игры" зашла речь о трех философских школах средневековья: реалистах, номиналистах и концептуалистах. Дескать, представители первой школы искали божий промысел во всем происходящем - дуновении ветра, ударе молнии, внезапной болезни и т.д. Номиналисты, наоборот, полагали, что все существует само по себе. А концептуалисты утверждали, что смысл существует, но до него необходимо доходить "очень серьезно разбираясь в реальности".

Цитата:

Вот было на самом деле три фундаментальные философские школы (я бы сказал даже — школы мысли) в средние века, у которых корни уходят в глубочайшую древность и так далее. Очень важно понимать, чем они отличались друг от друга и что они породили. Одна из этих школ называлась «номиналисты», другая — «реалисты», а третья, о которой меньше говорят — «концептуалисты». Имеются в виду не современные концептуалисты, а концептуалисты эпохи Абеляра, это Средние века. И все эти школы были средневековые. В чем разница была между этими школами?

Реалисты считали, что у всего есть высший или, как в таких случаях говорят, трансцендентный, трансцендентальный смысл: «Упал лист с дерева — это Бог разговаривает с тобой, оторвав лист от дерева. Капнула капля — это опять-таки послание тебе от Высших сил». Это была целая школа средневековая. Она называлась «реалисты». Номиналисты говорили: «Нет. Нет этого никакого смысла, он существует отдельно, а вот в реальной жизни всё как-то так на живую нитку друг с другом связано, порождается случайными толчками случайных сил. И не надо искать во всем этот Высший промысел». Концептуалисты — третья школа, которые известны меньше всего (хотя имя Абеляра, я думаю, достаточно на слуху — это очень известный метафизик и философ Средних веков), они говорили: «Послушайте, смысл есть, но до него нужно добраться, очень серьезно разбираясь в реальности. Нельзя лишить реальность Высшего смысла, он существует в ней. Трансцендентное существует в имманентном, вот в том что есть, в этом мире. Оно как-то там присутствует. Где-то, в определенных дозах, определенным образом».

Дальше произошло следующее. Вот в наши дни из номиналистов, которые, между прочим, были достаточно умными людьми и вполне прогрессивными для Средних веков, родились так называемые позитивисты и неопозитивисты. Это люди, которые вообще отрицают что-нибудь, кроме события. Они не хотят даже использовать какую-нибудь закономерность, которая придает событиям смысл. Событие — это событие. Вот произошло то, что произошло. Вот есть факт — и всё.

А из школы реалистов, да простят мне эти великие люди Средних веков, родились современные конспирологи, которые, ничтоже сумняшеся, приписывают любой произвольный смысл любому событию. Вот как хотят. Поскольку позитивизм и неопозитивизм — это мейнстрим, главная тенденция современности (по крайней мере, — западной), то все озверели от этого позитивизма, неопозитивизма, то есть от песни акына такой: «Степь. Караван идет. Один верблюд прошел, второй верблюд прошел...» — и ничего, кроме этих бесконечных описаний. И все хотят смысла. Тогда появляются бойкие ребята, которые любой смысл вам нарисуют. Вот они проснулись сегодня, почесали в затылке, думают: «Как бы там смысл придать всему этому делу? А! Вот!» — «Ах, не может быть!». На следующий день — противоположный смысл. И каждый раз удовлетворена некая потребность в смысле.

Это же и есть трагическая черта нашего времени, что люди, которые звереют справедливо от этого позитивизма, неопозитивизма, то есть, по большому счету, — от бессмыслия, и формируют запрос на смысл, получают удовлетворение этого запроса в глубоко извращенных формах — в этой самой конспирологии, которая, повторяю, является дикой пародией на средневековый реализм.

Концептуалисты никуда не ушли. Они существовали в эпоху торжества реализма средневекового и отстаивали свое право искать смысл более тщательно, нежели просто с помощью произвольных трактовок Божественного промысла, согласно которому лист упал с дерева. Они тогда существовали отнюдь не на первом плане, но существовали. Они и сейчас существуют в современном научном мире, несмотря на то, что там абсолютно победил позитивизм и неопозитивизм, то есть номинализм прошлого. И он-то как раз вполне серьезно отстаивает то, что он есть истина в последней инстанции. А рядом существует вот эта конспирологическая шиза в небольших дозах. Для желающих она и есть вот эта пародия, третий раз повторяю, на средневековый реализм. Концептуалисты были всегда. И самое трудное — это вот пройти средним путем между реализмом или его современными бредовыми вариантами и номинализмом и его бредовыми вариантами.

Таким образом, я нашел для себя ценность классической литературы не только в обогащении внутреннего мира, но и в способности выступить проводником на жизненном пути. Даже мыши мрут от бестолкового существования. Что говорить про человека, который, со слов Достоевского, прежде чем понять как жить, хочет знать для чего.

http://step-bg.livejournal.com/79344.html

хорошоплохо (никто еще не проголосовал)
Loading...Loading...

leave a reply